Русский
Русский
English
Статистика
Реклама

Нельзя и надо

К четырём годам, навыки канатоходца, виртуозно балансирующего между "нельзя и надо", у меня уже наличествовали.

Что надо сказать тёте? спрашивала меня мама, прикладывая ватку к пальчику.

Медицинская Баба Яга, высосавшая из меня склянку крови, ухмылялась.

"Ведьма!" - мысленно закалывал я её шприцом, но вслух проговаривал:

- Спасибо, тетя!

Закалывать было приятно, но - "нельзя". Тогда как вежливым быть - "надо".

Какой смелый мальчик! изумлялась ведьма. - Хочешь конфетку?

Конфетку? - переспрашивал я, и мама больно сдавливала мне руку.

- Нет. Спасибо.

- Какой воспитанный мальчик!

Мама сияла.

Придёшь ко мне через неделю? - говорила ведьма, смазывая рукой по моим и без того прилизанным волосам, и незаметно втискивая в мой кармашек "Дюшеску". Я распознавал её по шороху, отчего сердце моё начинало громко бумкать.

- Приду... обязательно...

- Хорошо, что ты не взял у неё конфету говорила мама, ведя меня длинным больничным коридором. Тут же кругом инфекция!

Конечно, вздыхал я, - это же - "нельзя"! - и, запустив в кармашек пальцы, принимался вылущивать леденец.

Кто знает, в чьих руках побывала эта бяка! - нагнетала мама.

Да, кака-бяка! выкрикивал я, дабы заглушить предательские шуршания. И под мамино: "умница!", делая вид будто зеваю, закладывал за щёку леденец.

***

К пяти годам навыки были мной отточены ещё филигранней. Я даже научился обращать "нельзя" в "надо", а "надо" использовать, как оружие.

Взять, к примеру, рыбий жир. От безысходности избавиться от этого рвотно-смердящего "надо", я заставил себя его полюбить.

Время рыбьего жира! каждый раз перед сном бойко провозглашала мама, и я деланно радовался:

Ура-а!.. Рыбий жир!.. Ням-ням-ням!.. А давай покажем папе, как я люблю рыбий жир! - каждый раз неожиданно заканчивал я, и мама начинала вздыхать.

Понимаешь, папе сейчас некогда... Он занят...

Папа, тем временем, прятался в спальне. От запаха, и тем более вида рыбьего жира, его тошнило. Я это знал, и потому отступать не собирался:

- Ничего, - говорил я, - мы подождём.

Ну так что? Где же наш любимый рыбий жир?! минут через пять вновь подступала ко мне мама. И я встречал её подкупающей улыбкой:

А папа? Где папа?!

Мама терзалась.

- Ну так ты, наконец, покажешь нам, кто тут самый смелый, и кто сам пьёт полезный рыбий жир?! подстёгивала она моё тщеславие.

- Да-а-а! Конечно-о-о! - вскидывая кулачки, отзывался я победоносным воплем, и тут же добавлял: - Но только с папой!

И тогда мама со вздохом проговаривала:

- Лёня, идём уже смотреть, какие мы молодцы!.. У тебя нет выхода, идём!

Через минуту, с грацией похмельного Деда Мороза, на кухне появлялся обречённый отец.

- Пап, ты смотришь? подтягивая на ходу свисающие колготки, молодцевато маршировал я к шкафчику.

Папа кивал, и мама глядела на него участливо.

Пап, смотри! влезая на стул, доставал я коричневую бутылочку. Только не отворачивайся! Видишь, какой я герой?! - наполнял я ложку. После чего, с криком: "Не хочу быть рахитом!", страстно цедил отвратительную, тягучую гадость, и облизывая ложку, приговаривал:

Смотри!.. Ням-ням-ням!

Папа зеленел. Щёки его надувались. Губы отыгрывали чардаш Монти. А потом он всегда сбегал.

Куда это он? изображая на лице крайнее изумление, спрашивал я маму.

Мама молчала.

Ты даже не сказал мне "молодец"?! - кричал я отцу вдогонку, и из уборной доносилось:

"Ман-дец!!!"

***

К шести годам по части манипуляций я стал уже совершеннейшим виртуозом.

Да ты посмотри - оно же растёт! звучали в коридоре раскаты папиного грома.

Что там у тебя опять растёт? Что там у тебя уже может вырасти? звеня посудой, откликалась мама.

Говорю тебе оно растёт!

Вытирая руки полотенцем, мама выплывала из кухни, и замечая лосиные рога, грозно нависавшие над папиной головой, удовлетворённо хмыкала.

Говорю тебе, оно растёт! надрывался отец, тыча пальцем в серое пятно на стене.

И тогда мама обращалась ко мне с вопросом:

- Колупал?

Нет, конечно! бешенно мотал я головой. - Это же - нель-зя!

Я знал, что "нельзя" любимое слово взрослых, и повторять его нужно, как можно чаще.

Ты помнишь, что это бяка? мягко напоминала мне мама.

Конечно, кака-бяка! изображал я на лице откровенный ужас.

Ужас всегда прекрасно сочетается с "нельзя", тогда как "надо" красивее смотрится в обрамлении простодушной улыбки.

Однако, папу мои заверения не убеждали.

Папы такие. Он вечно подозревают подвох, поэтому им надо объяснять дважды, а лучше показывать.

Признайся, это ты колупал?! - надвигался на меня отец, и я начинал всхлипывать, демонстрируя, что недоверие это обидно и больно. Мои распахнутые глаза наполнялись невинными, родниковыми слёзами, и сердобольная мама, заключая меня в объятья, провозглашала голосом судьи:

Нет! Он этого не делал!

- Кака-бяка! шептал я, пятью минутами позже, слюнявя пальчик и окуная его в известковую патоку. На зубах приятно скрипело.

Кальций - не кальций, но что-то в той штукатурке было. Не знаю, может всё дело в купоросе от клопов?

***

Ничего не понимаю! ещё громче разорялся отец на следующее утро. Оно всё растёт и растёт!!

Феномену расползавшегося пятна объяснения не находилось.

Прибегая на крик, я неизменно делал озабоченное лицо, качал головой и цокал языком.

Да он это, он! Голову на отсечение! кричал отец, и я зажмуривался.

Представлять папу без головы было гадко, но он почему-то настаивал.

Если бы колупал он, заслоняя меня, говорила мама, то весь пол был бы в штукатурке!

И отец хватался за голову.

Сперва он некоторое время гневно сверлил меня глазами. Потом вставал на четвереньки и принимался ползать, растирая крупинки в пыль, и облизывая пальцы.

В этот момент сердце моё замирало.

"Догадается, цепенел я, - это же так вкусно!"

Может это крысы? внезапно предполагал папа, поскольку крыс боялся чрезвычайно.

Не говори глупости! Нужна им твоя штукатурка! - восклицала мама, стараясь избавить папу от навязчивых идей.

Когда, месяцем ранее, распотрошив в кладовке чулки с луком, я по неразумению соврал, что в углу видел настоящую "Шушару", папа едва не спалил весь дом. Бутыль керосина мама вырвала у него в самый последний момент.

Но оно же растё-ё-т!! не унимался отец.

И это была чистейшая правда. Пятно, действительно, росло.

Признайся, это ты?! Ты?!! - кричал он. И я, делая испуганные глаза, бормотал:

- Нет! Это же нельзя! Это кака-бяка!! - и, в сущности, не обманывал, ибо штукатурку отдирал от стены прямо зубами, не расколупывая.

И тогда папу внезапно осеняло:

- Если это не он - значит, это ОН?! - указывал его перст на комнату моего старшего брата, и родители направлялись туда. А я, облизываясь под оглушающие вопли, подступал к вожделенной стенке.

Источник: eku.ru
К списку статей
Опубликовано: 18.10.2023 16:34:27
0

Сейчас читают

Комментариев (0)
Имя
Электронная почта

Смешные истории

Последние комментарии

© 2006-2024, ziptt.ru